ВАС ПРИВЕТСТВУЕТ 5D RADIO


 Сергей Барс "Зеркальник". 

Глава 5. “Гора”. 
Я принимал это всё. Дверь за дверью передо мной открывались сакральные истины, будто из глубины веков начали приходить образы, неся с собой поток бесценной информации. Строка за строкой я принимал потоки информации.Нескончаемым вихрем они вливались, вводя меня в прострацию, как же это всё невероятно. Из глубины приходили образы, которые показывали и подсказывали, и несли руководство к действию. А было оно таково; найти свою гору, да подняться на неё и быть там три дня и три ночи, и с собой кроме воды ничего не брать. И на исходе каждого дня к тебе будут приходить, и спрашивать: «Берешь ли ты ответственность, за всё явное и неявное, за себя и тех, кто к тебе будет приходить? Берешь ли ты ответственность через честность свою глубинную к своему предназначению?»… 

На горе сидишь один, 
И как будто невиди́м, 
Волки, лисы, птицы, звери, 
Все как будто бы запели. 

Невидимкой ты сидишь, 

И тихонечко гудишь. 
Духи охраняют вход, 
И никто здесь не пройдет. 

Все подобраны как надо, 
Безусловная преграда. 
Вдруг, откуда ни возьмись, 
Из-за дуба смотрит рысь. 

Только это и не кошка – 
Леший пошутил немножко. 
Белка в дубе крепко спит, 
А её тотем глядит. 

Крот решил пробраться снизу, 
Потакает он капризу. 
Сверху из-за облаков, 
Око-Бог всегда суров. 

Он внимательно глядит, 
Думает: «доколе спит?» 
Там шаманы встали в ряд, 
Если что, он тоже брат. 

Вещуны недалеко, 
Им отрадно и легко. 
Весть по веточкам бежит, 
Он проснулся, но лежит. 

И быстрей со всей округи 
Загудели духи в дуги: 
«Набирайся сил, скорей, 
Как Царевич Елисей». 

Белки скачут, зайцы скачут, 
Ну а духи тихо плачут. 

Весть летит во все концы: 
«Справился! Мы молодцы!» 

Дата предстоящего похода спокойно и тихо нарисовалась в голове, оставляя мне семь дней для подготовки. Я уже видел это место и эту гору, видел подъём и всю дорогу в целом, и видел то, что там будет происходить. 

Но мои видения, не идут ни в какое сравнение с тем, что происходило на самом деле. 

Настал день отъезда, вещи собраны, бубен упакован, и, как подобает верному коню, находится в нетерпении. Это новое место, и новые знакомства, ширь и благодать, которую он огласит своим неповторимым басом. 

Путь до места был легким и открытым. Вещей с собой получилось довольно много, хотя это был самый минимальный набор. И вот, я у подножия. Величественная долина тысячи дольменов, и, пожалуй, самая загадочная и мощная гора мною встречавшаяся. 

Я прекрасно помню, что не стал брать с собой палатку. Дождя не будет. Это я знал точно, возможно потом, но не в эти три дня. И вот я перед началом подъема. Громко и душевно я поприветствовал хозяина этой местности, 

– хозяин горы, прошу приюта и защиты на эти три дня!,-услышав приветствие в ответ, я начал подниматься, спокойно и уверенно, зная, что всё будет хорошо, что найдётся именно то место, где я уже был и, похоже, не один раз, и даже не в этой жизни. 

Первый день был тихий и довольно спокойный. Только ожидание вечера и ночи тревожило. Рой мыслей, которые часто посещали меня, замедлили свой бег. И вот он вечер, а за ним ночь. Небо очень близко, но ветер и холодно, и звёзды, будто над головой, холодные и яркие проявили свои плеяды. 

И вдруг всё стихло: ветер, звёзды, небо, эфир. Всё замерло. Нечто невероятно огромное, я бы сказал колоссально большое, как образ, и очень мощное энергетическое поле появилось рядом со мной. 

Я вжался спиной в скалу, на которую опирался, и очень хотелось закрыть глаза, как в детстве, и спрятаться под одеяло. Но нет. Глаза не смогли закрыться, и одеяла под рукой не было. И тогда пришел этот первый вопрос: 

– Принимаешь ли ты ответственность?,–он прозвучал, громко, вгрызаясь в мое подсознание, и оттуда же пришел уверенный ответ. Я ответил: 

– Да!, – я отчётливо ощущал присутствие ещё какое-то время, а потом ветер стал тем же, звёзды продолжили свой танец планет, и мир стал прежним, но уже другим для меня! 

Единственный вопрос сохранял присутствие в голове «если это был Творец (а это был Он, то во вторую ночь придут представители нижнего мира во главе с их Главным), что это будет и как здесь не обделаться (ну вы сами понимаете)? А ещё, что немаловажно, я начал ощущать переход. Это состояние одиночества и вселенской грусти, будто всё хорошее покинуло тебя, да и не было ничего хорошего. Тишина, забвение, и только знание о переходе не дает сойти с ума, потому что тебя покидают твои Ангелы-хранители, чтобы пришли другие, согласно твоей новой миссии. Их станет больше, но всё это не сразу, и это ещё одна твоя проверка на всё, что было «до», и будет «после». 

И вот приближается вечер, плавно перетекающий в ночь. Тревога запредельная, страхи активировались, как стая диких волков, и они раз за разом атакуют, а минуты, как назло, летят метеоритами, приближая миг знакомства. Напряжение нарастает неимоверно. Открытое пространство, а в нескольких метрах обрыв. Зачем я выбрал именно это место? Но уже поздно. Круг очерчен и запакован, и одна мысль от Высших сверху «ты под защитой, с тобой всё будет хорошо, потому, что ты здесь именно для этого, и ты сам так решил, и к этому ты шёл всю свою жизнь. День за днём ты шёл к главному моменту и главному страху, встрече с Ним, тем, за кем стоит нижний мир, где Смерть желанный гость, и Бесы тоже правят балом». 

И вот начали гаснуть фонари-звёзды. Луна, доселе светившая ярким блюдцем, как по заказу спряталась за тяжелыми облаками, которые в один миг нагнал неистовый Буран, и что-то такое же очень большое, как и в прошлую ночь стало всплывать, перекрывая всю тьму ещё больше. 

Ветер словно с цепи сорвался, и без того холодное пространство стало ледяным. Прогноз, обещанный на эти три дня, исполнился в лучшем виде, всего лишь четыре градуса, как по заказу, только чьему? Тишина словно каток накатывалась на меня, она затягивалась, а присутствие с каждой минутой, которые стали тянуться как столетия, ощущалась настолько явно, что начало становится невыносимо и тогда беззвучный глас, будто разорвал перепонки, но вопрос мне был уже знаком. 

Можно было быстро ответить “Да”, но слова застряли внутри и полетели картинки моих кошмаров, моих самых больших страхов, воплощенных здесь и сейчас, я один, меня никто не любит и мне страшно, как не было никогда в жизни. Ужас и оцепенение, перед этой невероятной силой, невероятным, огромным миром, который начал сверкать как вспышки, за каждой из которых был очередной страх. 

Сколько это длилось, сейчас не скажу, да это уже и не важно, но в какой-то момент из меня начали выходить звуки, и первым словом было «Да». А дальше стало легче. «Да, я принимаю. Принимаю всех и вся, и свет и тьму, и радость и печаль, и рождение и смерть, и я принимаю эту ответственность, потому что это и есть Я, это и есть моя дуальность, это и есть мой мир». 

Больше ничего не звучало, кроме моего сердца, оно как шаманский бубен голосило в пространстве, и в этом был свой особый смысл. «Я тебя слышу, сердце, а значит, я жив». 

Терпи, 
Как бы тебе не было скучно, 
Как бы тебе не было грустно, 
Как бы тебе не было одиноко, 
Как бы тебе не было больно. 

Выдержи, 
Ты можешь, мы в тебя верим, 
Ты можешь, мы тебя любим, 
Ты можешь, мы тобой гордимся. 
Помни, 
Мы рядом, ты под защитой, 
Мы рядом, мы поможем, 
Мы рядом, и нас много. 

Знай, 
Ты приехал сюда по доброй воле, 
Значит всё правильно. 

Верь, 
Всё получится, 
Потому, что по-другому не может быть. 

И вот оно утро. Вышло солнце, и нет уже холода, только ветер напоминает о прошлой ночи и мысли: «что это было? А прошёл ли я?». И ответ я увидел очень быстро. Большой орёл, словно появившись из ниоткуда, протяжно закричал. Птичий царь, лично сообщил мне об этом, а значит, сомнений быть не может! 
Начался третий день, который завершится третьей ночью, и окончанием незабываемых дней и ночей. Желудок как будто свыкся с мыслью, что еды нет, и просить не стоит, её всё равно нет, и поэтому спокойно урчал, прося хотя бы воды, чего я ему с удовольствием дал. 
И вот уже полдень, солнце в зените, и вдруг зазвучал голос: 

– А чего это ты сидишь? 

– Ну, сижу, и сижу,- продолжил я немой диалог с собеседником сверху, 

– Иди, ищи посох! 

– Но я же в защитном круге, и мне здесь ещё сутки сидеть! 

– Иди, сказал. Когда выйдешь, запечатай круг солью, и то же самое сделаешь, когда снова войдёшь. Я встал и пошёл. Я бродил по склону горы и отчётливо знал, что найду его, и, причём, это будет быстро, что, в принципе, и случилось. В один момент взор упал на обрыв. Я пристально рассматривал покатый склон, а потом вглядывался ещё дальше, вниз. Принимая знаки, и доверяя внутреннему голосу, я стал спускаться. 

Склон становился уж совсем крутым, но что-то тянуло дальше и дальше. И когда стоять уже было совсем не просто, чтоб не покатится вниз, я увидел невероятное дерево, у которого, из корня росло пять стволов, причём, четыре, как корабельные сосны смотрели вверх, а пятый ствол стелился по земле. 

Он рос горизонтально, а одна из его ветвей это была петля. Произрастая прямой ветвью от основания, она образовывала завиток в середине ветки, после чего продолжала расти дальше прямо. Невероятное зрелище чудесному творению земли и природы. 

Я подошёл и коснулся этой ветви, спрашивая, могу ли я забрать это чудо, для благостного продолжения жизни этой дубовой ветви. Ответ был лаконичен и прост «ты же за мной пришёл? Так бери!». 

С благодарностью к этому месту и этому дереву, я срубил ветвь, и долго не верил, что так может быть. Но волшебство уже плотно входило в мою жизнь, и удивляться чему-либо дальше уже не было смысла. 

Только вот вернуться к лежбищу я решил уже другой дорогой. Просто пошёл по склону горы дальше, в направлении лагеря. Пройдя несколько сот метров, я увидел перед собой очень необычную пещеру, вход в которую был завален огромным валуном. 

Но проход всё же был, хоть и узкий, и местами нужно было опуститься на колени, чтобы пролезть внутрь. Я стоял перед пещерой и решался, заходить ли мне внутрь. “А вдруг придавит?”, возникла в голове мысль, и тут же голос, “Раз страшно – иди”. Ну что ты поделаешь? 

Я с трудом прополз по узкому проходу, и оказался внутри пещеры Али-Бабы. Место жутковатое, а внутри огромные, обвалившиеся валуны, и вверху лишь небольшая трещина, как узкая полоска импровизированного окна. 

– Не хотел бы я здесь ночевать,- буркнул я себе под нос. И зачем я об этом подумал, да еще и проговорил вслух? Следующая фраза уже звучала у меня в голове: «Иди за вещами!”. И я пошёл собирать свой нехитрый скарб: бубен и варган, посох и все остальные вещи. Заносить всё это через узкий лаз было не из приятных удовольствий, но все же в итоге все вещи оказались внутри, и так как уже наступал вечер, нужно было готовить импровизированную кровать. 

А ещё успеть очертить защитный круг из соли и воды, очертить периметр ножом и расставить свечи. 
Всё сделано было оперативно, и тут пригодилась большая пленка, которую я взял с собой, потому что земля, которая была за все эти годы нанесена и смешана с породой, была настолько сырой, что походила на после дождевое месиво, а грязь с превеликим удовольствием липла на подошву. Сыро невероятно, и температура в склепе не больше четырех градусов. Одно радовало – ветра не было. 

Я расстелил пленку и приготовил импровизированную кровать, расставил маленькие свечи по периметру, выпил чай, который за три дня изрядно поднадоел, и прилег в ожидании чуда третьего ночного запроса. 

Пещера начала радовать своей жутью, уже через час после наступления темноты, и хотя свечи аккуратно горели, а пламя практически не дрожало, появились первые, не совсем приятный обитатели. А вернее хозяева пещеры – летучие мыши. 

Их было не сказать, что много но, каждая приближаясь к защитному кругу, в своем непредсказуемом полете откликалась не совсем приятными ощущениями, а перспектива встречи хотя бы с одной из них воочию меня вообще не радовала, тем более в преддверии встречи. Но, что самое невероятное, ни одна из мышей не залетала за границу защитного круга, вот и не верь теперь во всё это! 

Свечи начали одна за другой свою агонию, переходящую в затухание, а когда осталось три из одиннадцати, в нарастающем мраке полной темноты, в небольшом промежутке входа начало ощущаться какое-то присутствие, такое же огромное и всё заполняющее и без того небольшое пространство внутри пещеры. 

Мысли о том, что возможно нужно было бы оставаться там, где я и был накануне, как протяжная нота сожаления заныла в голове. Но я уже был там, где есть, и оставалось только довериться Творцу и тому, что всё это не зря, всё во благо! 

Когда присутствие стало ощущаться слишком явно, а свечей почти не осталось, и звёзд с луной отсюда не было видно ни при каком раскладе, из места входа в пещеру, из расщелины, то ли привиделось мне, то ли это было наяву, появились два глаза. Я вслушивался в тишину, есть ли хоть какой-нибудь шорох, а сердце колотилось, как отбойный молоток в этом замкнутом пространстве. 

Но нет, тихо. Я начал вспоминать, спрашивал ли я разрешение у духов горы на присутствие здесь. Да, было такое, и ответ был, значит это не они. Третья ночь, третье присутствие, только вдобавок ещё и эти два глаза. Ну, хоть чуточку можно было бы полегче? Но нет, сиди и смотри в оцепенении, а вдруг сейчас кинется! 

Сколько глаза смотрели, не знаю, время изменило свой привычный бег, и одна только свеча оставалась. И почему я зажег их все сразу? Об этом думаешь только позже. И вроде опытный же, и был на выживании. Наверное, всё же, чтобы осветить как можно больший периметр, потому как две или три свечи навевали уныние и жуть, а возможно я просто об этом не подумал. Но это уже и неважно, глаза напротив отражаются в пламени единственной свечи, которая почти догорает, а вставать и идти к сумке за фонарем вообще печальная идея. 
Будь что будет, посох как большая исполинская дубина лежит рядом, нож то же, а поэтому ждём. 

И вот оно началось! Большое присутствие проявилось раскатистым эхом внутри пещеры. И низкий, но спокойный голос в третий раз озвучил знакомый вопрос, и я тихо, но уверенно ответил утвердительно. “Я беру ответственность, за себя и мой мир, за свое эго, за скромность и гордыню, гордость истинную и искаженную, за себя и свой дар, за прошлые воплощения и их опыт. И пусть это будет красиво, благостно, с теплотой и добром, с миром и любовью!” 
Всё стихло, свеча давно погасла, глаза не находя отклика света в темноте тоже, и осталась лишь тишина. Темная тишина. Одеяло почти на голове, и тогда пришёл сон. Всё тот же неповторимый сон, которого не было уже давно. Но в нём что-то изменилось, в нём поубавился градус ужаса, и он стал спокойней, спираль уже не кружила так жутко, и он закончился раньше, потому что солнце на восходе через маленькое узкое окно в верху, коснувшись первым лучом разбудило меня, и нужно было просыпаться, и собираться домой, тихо и спокойно сложить вещи, благо воду не нужно было тянуть с собой обратно, да и спуск всегда легче, чем подъём! Но, что примечательно, в этом маленьком кусочке небольшого окна, я увидел большую красивую птицу на ветке огромного дерева напротив пещеры, и это тоже был знак! 

Весть летит во все концы, 
Он прошёл! Мы молодцы, 
Он нашёл, что мы искали, 
Посох в руку, как медали! 

Ну что, милок, давай по порядку? В лес ходил? Ходил. На горе посидел? Посидел. Аскезу голодом и одиночеством прошёл? Прошёл. Вроде всё перечислили, а пугать тебя и не надобно, как есть, голова сама пугана. Тебе память нужно вернуть и инструменты волшебные. Посох ты нашёл! Но он не тот, с которым ты ходил когда-то, а его брат. Ну, милок, такие сейчас времена, настоящие вещи прячутся, вместо себя подмену дают, да ты сейчас с исконным то и не справился бы, потому тебе брата и прислали. Любо, давай-ка дальше, сейчас нужно их соединить, мост проложить между исконным посохом и сегодняшним.
 

Поделитесь в социальных сетях

ЭКСПЕРТЫ 5DRADIO

Вы здесь: Home Статьи Сергей Барс "Зеркальник". Глава 5. “Гора”.